Подразделы:

Смотрите также:

О дополнительных мерах по поддержке малого и среднего предпринимательства в России

4 октября 2013 г.

Доклад Министра экономического развития РФ Алексея Улюкаева на заседании Правительства РФ

Рассмотрение вопросов о дополнительных мерах поддержки малого и среднего предпринимательства – явно не дежурное обсуждение. Оно происходит в условиях формирования новой экономической модели, о которой Вы, Дмитрий Анатольевич, говорили на форуме в Сочи. Мы должны сделать серьёзный прорыв в области инвестиций, в области роста производительности труда, в области диверсификации нашего производства, и здесь предпринимательская инициатива, инициатива малого и среднего бизнеса как основы предпринимательства крайне важна.

Малый и средний бизнес – это новые рабочие места, в том числе и те рабочие места, которые демпфируют возможное сокращение рабочей силы в случае замены современными, высокотехнологичными, высокопроизводительными рабочими местами тех устарелых, которые сейчас в ряде производств. Малый и средний бизнес – это возможный серьёзный вклад в экономический рост, в то повышение инвестиций в основной капитал, которое намечено в нашей программе деятельности. Партнёрство с малым бизнесом – основа всей этой работы.

Сегодня малый и средний бизнес – это примерно 5,5 млн субъектов. Вроде бы это много, это примерно четверть всех занятых, это почти 20% ВВП, но это существенно меньше, чем в странах с сопоставимым с нами уровнем развития. Более того, эти показатели не улучшаются, а ухудшаются: снижается доля малого и среднего бизнеса в кредитном портфеле российских банков, уменьшается количество самих этих предприятий и количество занятых на них. Они не исчезают в никуда, они пополняют неформальный сектор, в котором уже численность занятых больше, чем в сфере малого и среднего предпринимательства, по имеющимся экспертным оценкам. Это не может нас не тревожить, это не только налоговые, фискальные отношения, это в принципе эффективность работы всей производственной системы.

Мы столкнулись с тем, что в текущем году порядка 500 тыс. индивидуальных предпринимателей (12% их общего числа) прекратили свою деятельность, но это не означает, что фактически прекратили, а прекратили свою деятельность в явном порядке. Часть из них просто перешли в неформальный сектор, где и без того многие осуществляют свою деятельность, и это последствия некоторых мер, которые, может быть, теоретически правильны, но не учитывают возможную реакцию наших граждан, нашего бизнеса, в частности мер, связанных с увеличением страховых взносов для индивидуальных предпринимателей. Мы потом отыграли эту меру назад, и с 2014 года у нас вводится дифференцированный подход к расчёту страховых платежей, по которому для тех, кто имеет годовой доход до 300 тыс., это по-прежнему 1 МРОТ, а для тех, кто имеет больше 300 тыс., это 1 МРОТ плюс 1% от суммы, превышающей 300 тыс., но всегда это несимметричный эффект.

Легко людей загнать в тень, очень трудно их потом снова извлечь, так сказать, на свет божий, поэтому все эти меры должны быть максимально аккуратными, максимально хорошо продуманными, максимально учитывающими возможную реакцию населения. Именно поэтому принято решение о том, что льготные ставки страховых взносов во внебюджетные фонды (нынешняя ставка – 20%) будут сохраняться по крайней мере на период до 2018 года. Понятна проблема с формированием пенсионных обязательств для этой категории граждан, и она должна быть, безусловно, рассмотрена и решена, но невозможно предпринимать действия, которые чреваты уходом из бизнеса или уходом бизнеса в тень.

Кроме того, как уже сказал Председатель Правительства, предлагается несколько дополнительных мер. Это прежде всего введение упрощённой системы для самозанятых граждан, с тем чтобы они не становились формально индивидуальными предпринимателями, приобретали простой патент для самозанятых. Этот патент мог бы быть временным, человек может работать в период своего отпуска, в какой-то иной период времени, может совмещать эту деятельность с какой-то иной деятельностью, а может работать и долгий промежуток времени. Такой инструмент уже применяется в отношении иностранных граждан, работающих в Российской Федерации, и это имеет хороший фискальный результат. По 2012 году это почти 7 млрд рублей, которые поступили в федеральный бюджет и которые не были бы учтены иным способом. А самое главное – это прозрачность, это учёт, это понимание того, кто, где и как работает. Потом кто-то из этих граждан сможет подняться и стать индивидуальным предпринимателем, соответствующим образом зарегистрировавшись, дальше кто-то может стать малым предпринимателем, а кто-то останется на патентной работе. Эта гибкость форм позволяет максимально широко использовать трудовой потенциал наших граждан, а с другой стороны, создать для них комфортные условия неизбыточного администрирования.

Кроме того, это предложение по перераспределению в пользу местных бюджетов доходов от налога, взимаемого в связи с применением упрощённой системы налогообложения. Сейчас он поступает в бюджеты субъектов Федерации. В соответствии с долгосрочной бюджетной стратегией предполагается поэтапная его передача на уровень муниципалитетов. Мы предлагаем ускорить этот процесс и все 100% направлять уже в близкое время в бюджеты муниципальных образований. Имею в виду, что малый и средний бизнес действует именно в этих рамках, и формирование, с одной стороны, надёжной доходной базы для муниципалитетов означает одновременно и диалог муниципалитетов с бизнесом, создание комфортной предпринимательской среды, а следовательно, и рост социальных услуг, и рост производства.

Кроме того, мы считаем, что для полноценного использования потенциала малого и среднего предпринимательства оно должно иметь пространство для развития, связанного с участием в закупках для государственных и муниципальных нужд, а также для закупок для целей институтов развития и государственных компаний. С января следующего года вступает в силу законодательство о федеральной контрактной системе, которая предполагает определённый уровень квотирования. Не менее 15% этих расходов должно направляться на цели закупок товаров и услуг именно в секторе малого и среднего предпринимательства. Один только рынок закупок для целей государственных компаний – это порядка 7 трлн рублей. Если мы добьёмся того, чтобы эта квота наполнялась реальным содержанием, это означает 1 трлн рублей оборота для малого и среднего бизнеса. Понятно, это непростая задача, и здесь очень важно выставить правильные цепочки взаимоотношений между крупными компаниями и малым и средним бизнесом. Мы хотели бы, чтобы они формировали долгосрочные отношения, чтобы это был как бы клуб квалифицированных поставщиков малого и среднего предпринимательства для крупных компаний, в том числе на первых порах эти крупные компании могли бы участвовать и финансово в создании сети малых и средних предпринимателей, обслуживающих их заказы. Такая практика уже фактически есть, она, например, действует в рамках КамАЗа, где рядом создан технопарк и где работают малые и средние предприниматели полностью на заказ этой компании. Это взаимовыгодная работа, которая полностью соответствует интересам и большой компании, и малого и среднего бизнеса.

Предприниматели всегда обращают внимание на отсутствие финансового ресурса – крайне серьёзный сдерживающий фактор, тем более для малого и среднего бизнеса, который не имеет серьёзной кредитной истории, не имеет надёжной залоговой базы, и здесь, безусловно, государство должно подставлять своё плечо. Имеется в виду деятельность в области гарантий и в области предоставления специального долгосрочного фондирования для инвестиционной активности малого и среднего бизнеса. Мы предлагаем такой источник, как размещение средств Фонда национального благосостояния в сумме 100 млрд рублей через финансовый институт (это было бы размещение в депозиты во Внешэкономбанке с доходностью, которая принята для этого инструмента, то есть инфляция плюс 1%), который стал бы источником фондирования операций кредитных организаций, банков по предоставлению долгосрочных инвестиционных кредитов для среднего бизнеса. Имеется в виду, что при такой цене фондирования стоимость кредита для конечных заёмщиков не превысила бы 10%, а длительность кредита могла бы составить около 10 лет. Это способствовало бы, по нашим расчётам, увеличению примерно на 50% объёма инвестиционных проектов среднего бизнеса.

Кроме того, у нас уже действует система гарантийных фондов. Региональные гарантийные фонды созданы практически во всех субъектах Российской Федерации. Под их поручительство предоставлено за последние 6 лет больше 200 млрд рублей кредитов. Мы хотели бы завершить формирование национальной гарантийной системы созданием федерального гарантийного фонда. И очень важно, что действительно принято решение о его капитализации. Федеральный гарантийный фонд должен быть создан как небанковская кредитная организация, которая будет должным образом регулироваться и контролироваться со стороны Банка России. Его задачи – это, с одной стороны, работа в области методологии и стандартов деятельности региональных фондов, выдача контргарантий региональным гарантийным фондам, для того чтобы они смогли расширить свои лимиты кредитования, и предоставление прямых гарантий (на что он будет в отличие от региональных фондов иметь право) субъектам среднего предпринимательства. В результате мы считаем, что доля кредитования малого и среднего предпринимательства в общем объёме кредитов может существенно увеличиться. Если сейчас гарантиями обеспечивается примерно 2% рынка кредитов для малого и среднего предпринимательства, то речь идёт об увеличении по меньшей мере до 5%.

Очень важно, что эти средства предусмотрены, но я хотел бы поставить вопрос о том, чтобы они появились в виде отдельной строки в бюджетах 2014–2015 годов, для того чтобы мы в нормативную плоскость как можно быстрее этот вопрос перевели, выпустив соответствующие нормативные документы.

Ещё одно важное направление, по которому мы и сегодня работаем, и собираемся его актуализировать, – это предоставление субсидий субъектам Российской Федерации на формирование региональных программ поддержки малого и среднего бизнеса. Имеются в виду и инфраструктурные проекты, создание соответствующих бизнес-инкубаторов, технопарков, стартапов и субсидирование их финансирования. Если до сих пор эта субсидия, которая предоставляется на уровне субъектов Федерации, была связана только с объёмом, с количеством предприятий малого и среднего бизнеса в том или ином субъекте Федерации, то мы предлагаем сейчас сформировать такую двухзвенную систему: часть (примерно 60%) по-прежнему была бы связана с количественной компонентой, а часть носила бы премиальный характер, то есть была бы увязана с достижением целей, таких своеобразных KPI для деятельности малых и средних предприятий, имеется в виду количество занятых, создание новых рабочих мест и инвестиции в капитал компаний малого и среднего бизнеса (это могло бы составить порядка 40% от общего объёма субсидирования). При этом для того, чтобы усилить мотивационную составляющую для субъектов Федерации, доля софинансирования расходного обязательства может быть больше чем сейчас со стороны федерального уровня и достигать 95%.

И последнее, о чём хочу сказать сегодня: как мы представляем работу государственного института развития – Внешэкономбанка, который сейчас является институтом, который формирует программу кредитования субъектов малого и среднего предпринимательства через свой дочерний банк (МСП-банк) и оказывает гарантийную поддержку. Мы предлагаем спрямить эту работу, потому что ситуация, при которой Внешэкономбанк фактически лишь предоставляет базовый гарантийный ресурс для МСП-банка, означает на конце удорожание кредита для конечного заёмщика примерно на 2,5 процентных пункта. Если бы Внешэкономбанк выступил непосредственно оператором (а мы обсуждали эту проблему с руководством банка, и это кажется им вполне приемлемым и эффективной формой их деятельности) мы могли бы спрямить эту позицию, мы могли бы обеспечить более дешёвый ресурс, а, с другой стороны, в рамках соответствующего соглашения оговорить позиционирование Внешэкономбанка, для того чтобы это не было некой маргинальной побочной деятельностью, а чтобы он смог полноценно и эффективно ей заниматься. Таким образом, он стал бы по-настоящему связующим звеном между государством и коммерческими банками, сделать так, чтобы те суммы, которые мы выделяем на гарантии, фондирование операций не остались только строкой бюджета, а на самом деле реально направились на поддержание деятельности малого и среднего предпринимательства. Спасибо.

Д.Медведев: Спасибо. Я только одно отметил, вы использовали термин «неформальная занятость». Я не знаю, откуда он – из конвенции или наша собственная придумка, но вообще-то, строго говоря, это, по сути, незаконный вид той или иной деятельности, то есть это ситуация, когда лицо не платит никаких налогов, ничего другого не делает, стало быть, это более серьёзное явление, чем просто некая неформальная занятость. 


См. также Материалы к заседанию Правительства РФ 3 сентября 2013 г. по вопросу о дополнительных мерах поддержки малого и среднего предпринимательства в Российской Федерации в разделе Статистика и аналитика  / Аналитика